Новый проект фотографа Хлои Джафэ (Chloé Jafé) придает огласку скрытой от посторонних глаз жизни и субкультуре женщин, связанных с Якудза.

Преступный мир и организованная преступность уже давно романтизированы в поп-культуре. На телевизионном экране, культовая классика, как например фильмы «Крестный отец» или «Славные парни», сформировала восприятие среди общественности, что значит быть мафиози. В 2015 году Netflix переместили фокус на преступные организации Колумбии через историю наркобарона Пабло Эскобара (сериал Narcos), а в 2018 году Netflix выпустил триллер «Аутсайдер» с участием Джареда Лето о белом парне, вступившем в ряды японской якудза.

В Японии преступные синдикаты глубоко укоренились в деловой жизни и культуре страны. Однако истории о женщинах − женах, дочерях, любовницах или работниц хостесс-клубов для мужчин, в общем всех тех, кто вращается вокруг преступной деятельности гангстеров-мужчин, − довольно скрыто от чужих глаз и ушей.

Фото: Chloé Jafé

Этот недостаток информации − как раз то, что привлекает Хлои Джафэ (Chloé Jafé), и именно это стало темой её самого большого проекта на сегодняшний день под названием «命預けます», или «Я отдаю вам свою жизнь», который сосредотачивается вокруг женщин Якудзы в Японии.

По определению, Якудза не может быть женщиной», − объясняет фотограф французского происхождения по телефону из Токио, где она живет уже более пяти лет. «Если Вы Якудза, значит Вы мужчина. Женщины играют очень неоднозначную, но интересную роль.»

В течение некоторого времени Chloé Jafé работала в хостесс-клубе, одном из многочисленных токийских заведений, которые почти исключительно обслуживают мужчин и, как известно, принадлежат структурам мафии.

Существует серая зона», − уточняет она, − «хозяйки иногда являются женами или любовницами мужчин, но это не означает, что все женщины в этих местах работают на Якудзу. В принципе, здесь вы просто являетесь тем, что они могут использовать для заработка денег.

Фото: Chloé Jafé

Chloé Jafé, свободно владеющая японским языком, изо всех сил пыталась получить доступ к этой скрытой от глаз теме, понимая, что она не может узнать что-либо от этих женщин, если не встретит кого-нибудь влиятельного человека из Якудза.

Она поясняет: «женщины не могут решать, будут они фотографироваться или нет. Решение должно исходить от мужа».

По иронии судьбы, именно тогда, когда Chloé Jafé уволилась с работы и была ближе всего к отказу от этого проекта, она наконец встретила «босса». Во время мацури (японское слово «фестиваль») к ней подошел мужчина и пригласил выпить. Он оказался лидером одной из могущественных семей Якудза.

Фото: Chloé Jafé

Часть её проекта также обнажает женскую «ирезуми», японскую татуировку, которая обычно покрывает часть или большую часть тела. Традиционно связанные с Якудза, эти рисунки сделаны вручную деревянной иглой, и может потребоваться не один год, чтобы полностью завершить работу.

Они являются доказательством терпения и выносливости», − рассказывает фотограф. «Здесь речь идёт о том, насколько вы можете справиться с болью».

Несмотря на то, что они могут демонстрировать уникальное мастерство и креативность, татуированные тела по-прежнему несут функции стигмы в Японии.

Я думаю, может возникнуть некоторое недопонимание по поводу татуировок на моих фото», говорит Chloé Jafé. «Тату − не дань моде в Японии. Это действительно что-то, что может служить своего рода опозновательным знаком».

Настолько сильно, что многие заведения до сих пор запрещают пускать татуированных клиентов.

Нельзя ходить в общественные бани», − говорит она. «У меня есть маленькая татуировка, и я должна скрывать её, когда иду в спортзал». В результате тату-мастера часто ассимилируются с членами банды, которых они татуируют: «Они считаются преступниками. Правительство даже просит их получить медицинскую лицензию, чтобы они имели возможность делать тату!»

Фото: Chloé Jafé

Позирование девушек для снимков татуировок стала самой простой отправной точкой для фотографа: «Они никогда никому не показывают (свои татуировки), потому что не могут, но они очень гордятся ими». И за татуированными телами Chloé Jafé смогла узнать больше.

Со временем, Chloé Jafé была представлена боссом его жене и другим. Она обнаружила патриархальные структуры, где женщины могут играть лишь ограниченное количество ролей. По большей части девушки являются женами или любовницами, некоторые даже развелись со своими мужьями. Она также поняла, что женщины, состоящие в браке с мужчинами из руководства организации, имеют телохранителя-женщину. Именно здесь Chloé Jafé встретила Юми, которая отвечала за безопасность жены босса.

Несмотря на это, жены не имеют реальной власти в банде.

В своей диссертации академик криминологии Рие Алкемаде отмечает «в отличие от жен Западной мафии, жены якудзы остаются вне сферы преступной деятельности, оставаясь в пассивной, эмоционально и финансово поддерживающей роли».

Фото: Chloé Jafé

Любовь и гордость − повторяющиеся темы в этой серии. По большей части, объясняет Chloé Jafé, жены не имеют никакой связи с подпольным миром, они просто влюбились в человека, который оказался гангстером. Независимо от своего положения в иерархии, все женщины объединяются в своей безоговорочной приверженности Якудзе − они буквально «отдают свою жизнь» мафии.

Из-за незаконных занятий своих мужей, жены, как правило, живут в закрытом сообществе.

Обычно они держатся вместе с другими женами, потому что они должны жить тайной жизнью", − говорит Chloé Jafé. «Они не связаны с женщинами за пределами этого круга».

Фотограф в конечном итоге оказалась в среде, которая представляет собой полностью женскую «суб-субкультуру» в мире, где доминируют мужчины кланов Якудза.

Я была женщиной, пытающейся понять другую женщину», − размышляет она, поэтому её фотографии сопровождаются текстом на японском и английском языках. «Для меня было важно обменяться с ними мнениями, поэтому я пригласила женщин написать мне письма об их татуировках. «Они делятся собственным опытом жизни Якудза: те, кто живет ради нее, и те, кто ненадолго cоприкоснулся с ней». В рукописной записке дочери якудзы «Юко» говорится: «Причина, по которой я сделала тату, заключается в том, что я хотела отбить желание некоторых парней приближаться ко мне. Я хочу жить независимо, не полагаясь на мужчину; эта мысль побудила меня начать делать татуировки. Мне было 38... всю оставшуюся жизнь я решила, что хочу жить самостоятельно, сама по себе. Для меня татуировка на спине − это гордость, а также она охраняет и защищает меня»

Фото: Chloé Jafé

Для меня это стало больше человеческим опытом, чем просто фотографией, потому что любопытство исходило с обеих сторон», − добавляет Chloé Jafé. «Я думаю, что им показалось безумием, что какая-то француженка хотела разузнать о них побольше».

В ноябре японское издательство Akio Nagasawa, публиковавшие работы фотографов Daidō Moriyama и William Klein, выпустит серию в виде книги под названием «Я отдаю тебе свою жизнь».

Фото: Chloé Jafé

Фото: Chloé Jafé

Фото: Chloé Jafé

Фото: Chloé Jafé

Статья и фотографии: http://www.dazeddigital.com/art-photography/article/40877/1/chloe-jafe-i-give-you-my-life-yakuza-documenting-women-japans-mafia

Перевод: Yokosuka`87
Понравился материал? Поделись!

Комментарии

Отправить ответ

Пожалуйста, войдите чтобы комментировать
  Подписаться  
Подписаться на